Проблема взаимоотношений знания и веры активно обсуждалась в средневековой философии. Так, Тертуллиан открыто выступал против разума, провозглашал парадоксальный тезис: "Верую, потому что абсурдно". Августин Блаженный утверждал, что задача богословия - познать в свете разума то, что уже принято верой. Ансельм Кентерберийский заменил изречение Тертуллиана своей компромиссной формулой: "Верю и понимаю". Фома Аквинский говорил о гармонии между верой и знанием при приоритете веры.

         Средневековая культура несла в себе христианство потому, что была ориентирована на истину откровения. Погружаясь в свою логико-грамматическую структуру, она искала и находила все новые логические инструменты для лучшего понимания библейских текстов и учений. Христианские истины не являются деформациями мысли и не противоречат устоям человеческого разума, напротив, именно в них разум находит свою полную реализацию.

Так, например Иоанн Скот Эриугена говорил о том, что любое разведение философии и религии немыслимо. «Истинная философия не что иное, как религия, а подлинная религия – это правдивая философия».

Ансельм д¢Аоста: «Вера взывает к пониманию» и «Верю, чтобы понимать».

Альберт Великий говорил о следующих различиях философии и теологии: 1) философским путем мы следуем только при свете разума; путь веры дальше и выше разума; 2) Философия отталкивается от предпосылок непосредственно очевидных, веру же сопровождает свет, осеняющий разум и открывающий ему горизонты в ином ракурсе невидимые; 3) философия в своем опыте следует от сотворенного, в то время как вера – от Бога, явленного в Откровении; 4) разум не вникает, что есть Бог, но вера знает об этом; 5) философия являет собой теоретический процесс, ясно, что вера интуитивно эмоциональна, поскольку размещает человеческое бытие в пространстве любви к Богу.

Фома Аквинский – ученик Альберта Великого. Верно, что в автономии своей философия имеет определенную конфигурацию, но познавательные ее возможности не следует преувеличивать. Надлежит интегрировать ее в область сакрального. И философия, и теология обе говорят о Боге, человеке, мире, но первая дает знание несовершенное о том, о чем теология в состоянии говорить более внятно, ведя к спасению.