Конец XVI – XVII в.в. ознаменовались коренными переменами практически во всех сферах общественной жизни западноевропейских стран. Происходит переход от цехового ремесленного к мануфактурному, а затем и к машинному производству; формирование национальных рынков и начало становления мирового рынка, в связи с чем нарастает и обостряется борьба третьего сословия за свободу хозяйствования и доступ к государственному управлению, вылившаяся в ряд ранних буржуазных революций. В духовной сфере завершается начатая в эпоху Возрождения церковная Реформация – выделение из католицизма новых религиозных конфессий (протестантизм в его специфических формах кальвинизма и англиканства и др.), растет потребность в научных знаниях, как необходимом условии технического и технологического прогресса. Все это свидетельствует о рождении нового общественного строя – капиталистического.

Осуществлявшаяся промышленная революция дала мощный толчок не только естествознанию, но и философии. Становление точного знания все настойчивее требовало отказа от схоластического способа мышления и замены его новым, обращенным к реальному миру и опирающимся на опыт, эксперимент. Наука все более начинает приобретать автономность от религии и из служанки богословия превращаться в производительную силу общества. Это обеспечивало простор для распространения воспрянувшего духом после многовекового засилья религии и церкви материалистического мировоззрения.

Однако материализм того времени носил по преимуществу механистический и метафизический характер. Объяснялось это тем, что, во-первых, именно механика и математика достигают наибольших успехов и открываемые ими законы и исходные принципы казались олицетворением  точности. Поэтому именно в них видели мыслители той эпохи ключ к пониманию природы, к тайнам мироздания. Во-вторых, зарождение научного естествознания сопровождалось дифференциацией ранее единого знания о мире, входящего в философию, и выделением целого ряда специализированных областей, а также их стремлением к обособлению как друг от друга, так и от философии. Это способствовало рассмотрению предметов также вне их многообразных взаимовлияний, кроме, пожалуй, механических взаимодействий, что  приводило к односторонности подхода к их познанию, к утрате характерных для античной диалектики принципов осмысления мира, таких, в частности, как всесторонность и цельность рассмотрения, внутренняя  противоречивость вещей и процесса их познания. Все сказанное приводило к тому, что проблема саморазвития фактически устранялась из науки и философии. Признавая и даже достаточно глубоко познавая движение (прежде всего – механическое) как атрибут материального мира, метафизический материализм того времени понимает развитие мира весьма ограниченно и поверхностно.

В то же время в связи с возрастающей потребностью в научном знании как основе развития производства центральное место в философских учениях начинают занимать проблемы гносеологии и методологии познания. В процессе решения этих проблем в философии образовались два противоборствующих течения: рационализм  и  эмпиризм.