Воззрения  Джордано Бруно (1548-1600), являющегося философом и поэтом, характеризуются как пантеизм (pan –Все и   theos- Бог) – философское учение, согласно которому Бог отождествляется с мировым целым. В этом мировом целом мировая душа и мировой божественный разум совпадают. Оформлению пантеистической натурфилософии во многом способствовало знакомство Джордано Бруно с воззрениями Николая Кузанского: Бруно усматривал цели философии в познании не сверхприродного Бога, а природы, являющейся «Богом в вещах».  Разделяя космологическую теорию Николая Коперника, оказавшую на него огромное влияние, Бруно развивал идеи о бесконечности природы и бесконечном множестве миров Вселенной. Он рассматривал диалектические идеи о  внутреннем родстве и совпадении противоположностей. В бесконечности, согласно Бруно, отождествляясь, сливаются прямая и окружность, центр и периферия, форма и материя. Основной единицей сущего является монада, в деятельности которой оказываются слиянными телесное и духовное, объект и субъект. Высшую субстанцию  составляет «монада монад», или Бог. Как целое она проявляется во всем  единичном по принципу «все во всем».

Вот что утверждал Джордано Бруно.

1. Земля имеет лишь приблизительно шарообразную форму: у полюсов она сплющена.

2. И солнце вращается вокруг своей оси

3. "...земля изменит со временем центр тяжести и положение свое к полюсу".

4. Неподвижные звезды суть также солнца.

5. Вокруг этих звезд вращаются, описывая правильные круги или эллипсы, бесчисленные планеты, для нас, конечно, невидимые вследствие большого расстояния.

6. Кометы представляют лишь особый род планет.

7. Миры и даже системы их постоянно изменяются и, как таковые, они имеют начало и конец; вечной пребудет лишь лежащая в основе их творческая энергия, вечной останется только присущая каждому атому внутренняя сила, сочетание же их постоянно изменяется.

Трудно дать оценку произведениям Макиавелли, прежде всего из-за сложности его личности и неоднозначности идей, до сих пор вызывающих самые разноречивые толкования. Перед нами интеллектуально одаренный человек, необычайно проницательный наблюдатель, обладавший редкой интуицией. Он был способен к глубокому чувству и преданности, исключительно честен и трудолюбив, а его сочинения обнаруживают любовь к радостям жизни и живое чувство юмора, впрочем обычно горькое. И все же имя Макиавелли часто употребляется как синоним предательства, коварства и политического аморализма.

Отчасти такие оценки вызваны религиозными причинами, осуждением его трудов как протестантами, так и католиками. Поводом послужила критика христианства в целом и папства в частности; по мнению Макиавелли, папство подрывало воинскую доблесть и сыграло отрицательную роль, став причиной раздробленности и унижения Италии. Вдобавок ко всему его взгляды часто извращались комментаторами, а его фразы об установлении и защите государственности вырывались из контекста и цитировались с целью закрепить расхожий образ Макиавелли – злонамеренного советника государей.

Кроме того, "Государь" считался его наиболее характерным, если не единственным сочинением; из этой книги очень легко отобрать отрывки, явственно доказывающие одобрительное отношение автора к деспотизму и находящиеся в разительном противоречии с традиционными моральными нормами. В какой-то степени это можно объяснить тем, что в "Государе" предлагаются чрезвычайные меры в чрезвычайной ситуации; однако сыграло роль и отвращение Макиавелли к полумерам, а также тяга к эффектной подаче идей; его противопоставления приводят к смелым и неожиданным обобщениям. В то же время он действительно считал политику искусством, которое не зависит от морали и религии, по крайней мере когда речь идет о средствах, а не о целях, и сделал себя уязвимым для обвинений в цинизме, пытаясь найти универсальные правила политического действия, которые были бы основаны на наблюдении фактического поведения людей, а не рассуждениях о том, каким оно должно быть.

  

Макиавелли утверждал, что такие правила обнаруживаются в истории и подтверждаются современными политическими событиями. В посвящении Лоренцо Медичи в начале "Государя" Макиавелли пишет, что самым ценным даром, который мог бы поднести, является постижение деяний великих людей, приобретенное «многолетним опытом в делах настоящих и непрестанным изучением дел минувших». Макиавелли использует историю, чтобы с помощью тщательно отобранных примеров подкрепить максимы политического действия, которые он сформулировал, опираясь на собственный опыт, а не на исторические штудии.

"Государь" – труд догматика, а не эмпирика; еще менее это сочинение человека, претендующего на получение должности (как часто полагали). Это не холодный призыв к деспотизму, но книга, проникнутая высоким чувством (несмотря на рассудочность изложения), негодованием и страстью. Макиавелли стремится показать различие между авторитарным и деспотическим способами правления. Эмоции достигают апогея в конце трактата; автор взывает к сильной руке, спасителю Италии, новому государю, способному создать мощное государство и освободить Италию от иноземного господства «варваров».

Замечания Макиавелли о необходимости беспощадных решений, если и кажутся продиктованными политической ситуацией той эпохи, остаются актуальными и широко дебатируемыми и в наше время. В остальном его прямой вклад в политическую теорию незначителен, хотя многие из идей мыслителя стимулировали развитие позднейших теорий. Сомнительно также практическое влияние его сочинений на государственных деятелей, несмотря на то что последние часто опирались на идеи Макиавелли (нередко их искажая) о приоритете интересов государства и методов, которые должен использовать правитель в завоевании (acquista) и удержании (mantiene) власти. По сути дела, Макиавелли читали и цитировали адепты автократии; впрочем, на практике автократы обходились и без идей итальянского мыслителя.

Большее значение эти идеи имели для итальянских националистов в эпоху Рисорджименто (политического возрождения – от первых вспышек карбонарства в 20-х годах 19 в. до объединения в 1870) и в период фашистского правления. В Макиавелли ошибочно видели предтечу централизованного итальянского государства. Однако, как и большинство итальянцев того времени, он был патриотом не нации, а своего города-государства.

В любом случае опасно приписывать Макиавелли идеи других эпох и мыслителей. Исследование его трудов должно начинаться с понимания того, что они возникли в контексте истории Италии, конкретнее – истории Флоренции в эпоху захватнических войн. "Государь" был задуман как учебник для самодержцев, значимый для любых времен. Однако при критическом его рассмотрении не следует забывать о конкретном времени написания и личности автора. Чтение трактата в этом свете поможет понять некоторые неясные места. Остается, однако, фактом, что рассуждения Макиавелли не всегда отличаются последовательностью, и многие из кажущихся его противоречий следует признать действительными. Макиавелли признает как свободу человека, так и его «фортуну», судьбу, с которой энергичный и сильный человек все же может как-то бороться. С одной стороны, мыслитель видит в человеке безнадежно испорченное существо, а с другой – страстно верит в способность правителя, наделенного virtu (совершенной личностью, доблестью, полнотой силы, ума и воли), освободить Италию от иноземного господства; защищая человеческое достоинство, он вместе с тем приводит свидетельства глубочайшей развращенности человека.

Следует также кратко упомянуть о "Рассуждениях", в которых Макиавелли сосредоточивает внимание на республиканских формах правления. Сочинение претендует на формулировку вечных законов политической науки, полученных в результате изучения истории, однако его невозможно понять, не принимая во внимание то негодование, которое вызывали у Макиавелли политическая коррупция во Флоренции и неспособность к правлению итальянских деспотов, выставлявших себя в качестве наилучшей альтернативы хаосу, созданному их предшественниками во власти. В основе всех работ Макиавелли – мечта о сильном государстве, не обязательно республиканском, но опирающемся на поддержку народа и способном оказать сопротивление иноземному вторжению.

Главные темы "Истории Флоренции" (восемь книг которой были преподнесены папе Клименту VII Медичи в 1525): необходимость общего согласия для укрепления государства и неизбежное его разложение при нарастании политических распрей. Макиавелли приводит факты, описанные в исторических хрониках, однако стремится выявить подлинные причины исторических событий, коренящиеся в психологии конкретных людей и конфликте классовых интересов; история нужна ему для того, чтобы извлечь уроки, которые, как он считал, будут полезны для всех времен. Макиавелли, по-видимому, первым предложил понятие исторических циклов.

"История Флоренции", отличающаяся драматизмом повествования, рассказывает историю города-государства от зарождения итальянской средневековой цивилизации до начала французских вторжений в конце 15 в. Этот труд проникнут духом патриотизма и решимостью найти рациональные, а не сверхъестественные причины исторических событий. Однако автор принадлежит своему времени, и в этом труде можно найти ссылки на знамения и чудеса.

Чрезвычайную ценность представляет переписка Макиавелли; особенно интересны письма, которые он писал своему другу Франческо Веттори, главным образом в 1513–1514, когда тот был в Риме. В этих письмах можно найти все – от описания мелочей домашней жизни до непристойных анекдотов и политического анализа. Наиболее известно письмо от 10 декабря 1513, в котором изображен обычный день в жизни Макиавелли и дается бесценное объяснение того, как появилась идея "Государя". В письмах отражаются не только амбиции и тревоги автора, но также живость, юмор и острота его мышления.