Милетская школа: Фалес, Анаксимандр и Анаксимен

Фалес из Милета (ок. 625 – 547 до н.э .) – родоначальник европейской науки и философии; кроме того, он математик, астроном и политический деятель, пользовавшийся большим уважением сограждан. Фалес много путешествовал, а свои знания старался применять на практике. Он произвел буквально переворот в мировоззрении, выдвинув идею субстанции — первоосновы всего, обобщив все многообразие в единосущее и усмотрев начало всего во влаге: ведь она пронизывает собой все. В положении «все из воды» была дана «отставка» олимпийским, т.е. языческим, богам, в конечном счете, мифологическому мышлению, и продолжен путь к естественному объяснению природы. Ему впервые пришла мысль о единстве мироздания. Эта идея, однажды родившись, никогда уже не умирала.

Преемник Фалеса Анаксимандр (ок. 610 – 540 до н.э.) первым возвысился до оригинальной идеи бесконечности миров. За первооснову сущего он принял апейрон – неопределенную и беспредельную субстанцию: ее части изменяются, целое же остается неизменным. Это бесконечное начало характеризуется как божественное, созидательно-движущее начало: оно недоступно чувственному восприятию, но постижимо разумом. Поскольку это начало бесконечно, оно неистощимо в своих возможностях образования конкретных реальностей.

Третий представитель Милетской школы – Анаксимен (ок. 585 – 525 до н.э.). Он полагал, что первоначалом всего является воздух, мысля его как бесконечное и видя в нем легкость изменяемости вещей. Согласно Анаксимену, все вещи возникли из воздуха, и представляют собой его модификации, образующиеся путем его сгущения и разряжения.

Итак, милетцы осуществили прорыв своими воззрениями, в которых однозначно был поставлен вопрос: «Из чего все?» Ответы у них разные, но именно они положили начало собственно философскому подходу к вопросу происхождения сущего.

Пифагор. Пифагор (VI в. до н.э.) тоже озабочен проблемой: «Из чего все?», но решал ее иначе, чем милетцы. «Все есть число» – вот его исходная позиция. Он, первый назвавший философию этим именем, трудился не в одиночку, а в организованной им школе. Именно в числах пифагорейцы усматривали свойства и отношения, присущие различным гармоническим сочетаниям сущего. Пифагорейцы видели в числе и математических отношениях объяснения скрытого смысла явлений, законов природы. Пифагор успешно разрабатывал различного рода математические доказательства, что способствовало развитию принципов точного рационального типа мышления. Он учил, что душа бессмертна. Ему принадлежит идея перевоплощения душ. Пифагор считал, что все происходящее в мире снова и снова повторяется через определенные периоды времени, а души умерших через какое-то время вселяются в других.

Гераклит. Согласно Гераклиту из Эфеса (ок. 530 – 470 до н.э.) все существующее постоянно переходит из одного состояния в другое. Ему принадлежат знаменитые слова: «Все течет!». Согласно воззрениям Гераклита, переход явления из одного состояния в другое совершается через борьбу противоположностей, которую он называл вечным всеобщим Логосом, т.е. единым, общим для всего существования законом. По Гераклиту, огонь и Логос «эквивалентны»: «огонь разумен и является причиной управления всем», а то, что «всем управляет через все», он считает разумом. Гераклит учил, что мир, един и никем не создан, а был, есть и будет вечно живым огнем, закономерно воспламеняющимся и закономерно угасающим. Огонь – образ вечного движения. Гераклит не просто поставил огонь на место воды и воздуха. Огонь у Гераклита – это не только вечно полыхающий огонь, но это живой огонь. Он тождествен божеству. Гераклита считают ярким представителем религиозного движения своего века. Он разделял идею бессмертия души, считая смерть рождением души для новой жизни.

Элейская школа: Ксенофан, Парменид, Зенон.

Подвергая критике гераклитовское учение, Ксенофан, а особенно Парменид и Зенон обратили внимание на другую сторону – на устойчивость, сохранение вещей. Если Гераклит утверждал, что все изменяется, то Парменид — прямо противоположное: ничто не изменяется.

Ксенофан из Колофона (ок. 565 – 473 до н.э.) выступал против антропоморфических элементов в религии и считал, что бог ни телом, ни духом не походит на смертных. Ксенофан высказал ряд оригинальных для своего времени мыслей, например о происхождении Земли, полагая, что она появилась из моря. В качестве аргументов он ссылался на то, что в отдалении от моря находят раковины, а на камнях — отпечатки рыб и растений. Философские воззрения Ксенофана особо значимы для нас потому, что он стоял во главе монотеистов и во главе скептиков. Именно из его уст вырвался крик отчаяния: ничего нельзя знать достоверно! Ксенофан, обуреваемый сомнениями, не был удовлетворен взглядами Фалеса и Пифагора на бытие. Ксенофан полагал, что есть лишь одно Бытие во многих видах и это одно – Бог.

Парменид (конец VII – VI в. до н.э.) – философ и политический деятель. Центральной идеей Парменида является бытие, соотношение мышления и бытия. Мышление всегда относится к чему-то, ибо без сущего, о котором оно высказывается, мы не найдем мысли. Попробуйте помыслить ни о чем! И вы убедитесь, что это невозможно. Гениальна идея Парменида о том, что нет и не может быть пустого пространства и времени вне изменяющегося бытия. Сущее Парменид считал лишенным изменчивости и многообразия. Парменид тем самым создал непроходимую пропасть между миром, как он дан нам в восприятии, полным движения, и миром единого и неподвижного бытия, открывающегося мышлению. Попробуйте помыслить то, чего нет, т.е. небытие. У вас ничего не получится. Небытие недоступно ни чувствам, ни мыслям. Особо подчеркнем, что Парменид увязывал духовный мир человека с уровенем его телесной организации, а телесность и духовность совпадают в мироздании в Боге.

Зенон Элейский (ок. 490 – 430 до н.э.) развивал логику как диалектику. Он выдвинул известные всем опровержения возможности движения – апории «Ахиллес» и «Стрела». Апории Зенона связаны с диалектикой дробного и непрерывного в движении. Элеатам не удалось доказать, что движения нет. Они своими тонкими рассуждениями показали то, что едва ли кто из их современников осмысливал, – что такое движение? Сами они в своих размышлениях поднялись на высокий уровень философских поисков тайны движения. Однако они не смогли разорвать путы исторической ограниченности развития философских воззрений. Апории Зенона обнажают глубокую загадку того, как из неподвижности, видимого отсутствия измерений рождается движение.